Почему «белая» рыба исчезает, а «чёрная» – нет?

Год экологии на Ямале отметился двумя важными событиями. В марте губернатор Дмитрий Кобылкин подписал указ о создании государственного природного заказника Сынско-Войкарский.

На реке Собь, в посёлке Харп введён в эксплуатацию современный завод по производству ценных видов рыб – чира, муксуна, стерляди и осетра, популяция которых в последние годы критически сократились. Предприятие планирует ежегодно выпускать в реки Обского бассейна 134 миллиона мальков.

О том, как эти события могут изменить экологическую ситуацию на Ямале, рассуждает Владимир Богданов, директор Института экологии и растений УрО РАН (Екатеринбург), ихтиолог, член-корреспондент Российской академии наук.

– Владимир Дмитриевич, защита экологии Севера, газо- и нефтеносного полуострова – задача сложнейшая. Почему именно эти два проекта стали приоритетными?

– Распространена точка зрения, что главная экологическая проблема Ямала – в загрязнении природы, связанном с добычей углеводородов. Оно, конечно, имеет место, и прежде всего на Оби. Но огромное число притоков, втекающих в Обь с Уральских гор, из правобережной тундры, практически нетронуты, девственны. А количество ценных видов рыб в них резко сокращается. Почему? Потому что проблема, я в этом убеждён – уничтожение биоресурсов, а не антропогенная «грязь». И из этих биоресурсов первостепенное внимание надо уделять социально значимым – рыбе и оленьим пастбищам. Без этих двух составляющих нормальная жизнь коренных народов округа непредставима, это основа их существования.

И коренные, и представители власти, и активисты ассоциации «Ямал – потомкам!» говорят, что падение численности осетра, муксуна, чира в ямальских реках связано с промышленным освоением края – строительством трубопроводов, протяжкой кабелей и так далее. Когда же начинаешь объяснять, что идёт перепромысел – пропускают мимо ушей. Аборигены не считают себя участниками процесса истребления рыбных запасов, они – исторические пользователи, которым должно «всегда хватать». Но объективные данные показывают: исчезают почему-то только высоколиквидные виды. Рядом спокойно живет щука, язь, плотва, окунь, ряпушка, и у них – рост численности. В прошлом году в округе был рекордный улов – 9,5 тысячи тонн, почти полностью состоящий из «чёрной» рыбы. А куда деваются ценные?

Ещё один важный симптом – на Оби, в отличие от Москва-реки, Исети, Волги – больной рыбы нет. Мало того, чуткие гидробиологические показатели, говорящие о хроническом загрязнении, свидетельствуют: притоки Оби чисты, умеренная грязь появляется только в устьях, где построены посёлки. Даже в самой застроенной и «освоенной» части Обской губы экосистема не потеряла способности к самоочищению. И нижняя Обь, несмотря на существующие локальные загрязнения, не лимитирует воспроизводство рыбы и её жизнь. Но сиговые исчезают! Ценная рыба за отведённый ей срок должна размножаться два или три раза, а сейчас это происходит только однажды. И если раньше на Оби, допустим, щокура ловили в возрасте от 4 до 18–20 лет, то последнее десятилетие – только от четырёх до восьми. Повторно созревающих, старшевозрастных особей уже нет, и это главное доказательство того, что идёт перелов «белой» рыбы. Особенно катастрофические масштабы он приобрёл в последние пять лет на реке Таз.

– Как случилось, что стали критически много ловить?

–Освоение месторождений сыграло свою роль, но не в виде различных вредных выбросов, перегораживанием трубами рек и так далее. А в другой, «неспецифической» форме. Построили дорогу на Обскую губу – туда ринулись браконьеры. Появились новые железнодорожные и автомобильные пути – по ним стало легче вывозить «дары природы». В своё время очень «помогло» наличие дармовой, «халявной» вертолётной авиации, когда в один конец везли оборудование для «нефтянки», а в другой – рыбу. В девяностые годы таким способом, можно сказать, вывезли всю рыбу западного Ямала. Легче стало добираться до труднодоступных районов и местному населению. Это неспецифическое влияние месторождений совместно с хорошо организованным браконьерским трафиком в конечном итоге и уничтожило ликвидные виды рыб, прежде всего осетра и муксуна.

– Что, на ваш взгляд, необходимо сделать, чтобы восстановить на Оби рыбные запасы?

– Главное – сохранять важнейшие для жизнедеятельности рыб элементы экосистемы. Для Севера это, прежде всего, места зимовок и размножений, потом – места нагула. И в этом смысле наиболее важно место там, где Обская губа соединяется с Тазовской и где охраняемые зоны отсутствуют. Есть Верхне-Тазовский заповедник, охватывающий две нерестовые реки –Ратту и Покольку. Но в бассейне Оби территорий, на которых бы целенаправленно охранялись места зимовок и размножения ценных видов рыб, до сих пор не было. Очень долго, практически с середины девяностых годов, мы работали над тем, чтобы устроить такую территорию в районе рек Сыня и Войкар, доказывали её необходимость. И вот указ подписан, и это огромный шаг вперёд.

– Чем отличается Сынско-Войкарский заказник от других, в чём его уникальность? Как относятся к нему местные жители и насколько его появление может изменить ситуацию?

– Охраняемые территории призваны защищать экосистемы, чтобы девственными оставались, например, нерестилища, другие её многочисленные компоненты. Но в данном случае нужно ещё и каждый год охранять нерестовые стада. Если рыба зашла на нерест – ловить её нельзя никаким способом. Это регламентировано и общими правилами рыболовства, запрещающими на период нереста даже движение моторных лодок. Но правила повсеместно нарушают, игнорируют, в том числе местные жители. Менталитет «это моя река», «здесь рыбачили мои деды, прадеды, почему нельзя мне?» поменять крайне сложно. В результате почти каждый сельский житель, имеющий лодку, сети, невод, становится участником уничтожения рыбы, браконьером. Причём обычно ловит не только для себя, но и на продажу.

Задача нового заказника – поставить этому барьеры, создать соответствующую структуру, кордоны. Остаются преференции для коренного населения, которое может на этих территориях рыбачить, охотиться, строиться и развивать свои поселения, но только в соответствии с существующими правилами. И в этом особенность Сынско-Войкарского заказника, его отличие от других.

Общественные слушания должны помочь убедить в правильности такого подхода. Власти и специалисты разъясняли: «Рыбачьте, охотьтесь, но в меру – в соответствии с Правилами рыболовства и охоты. Иначе погубите собственное будущее». И взаимопонимание, добиться которого было едва ли не самым трудным, вроде бы появилось.

– Как скоро можно будет увидеть результаты?

– Экосистема едина, она не признаёт административно-территориальных границ, и одного «ямальского» заказника для решения проблем недостаточно. Обязательно нужно, чтобы охраняемая территория появилась и в соседнем Ханты-Мансийском автономном округе, в бассейне реки Хулги. В декабре прошло совещание представителей руководства соседних округов. Мы призывали соседей последовать «ямальскому» опыту, доказывали его эффективность. Примеров достаточно.  На Ямале в 2015 году на нерестовых реках появились первые «антибраконьерские» кордоны с оповещением в СМИ: тот, кто приедет рыбачить в неурочную пору – лишится вездехода. И уже в 2016-м только на Войкаре численность личинок сиговых рыб по сравнению со средне-многолетней увеличилась в 6,5 раза, на Сыне – в 4,5 раза. На реках ХМАО этот же показатель снизился, поскольку там внимания к природоохранным мероприятиям недостаточно. В принципе, имея ненарушенную экосистему Нижней Оби, Таза, можно довольно быстро восстановить поголовье пеляди, чира, сига, пыжьяна. Но для этого нужна добрая воля народа и власти, и очень хочется, чтобы и в Югре это поняли.

Однако численность осетра, муксуна, нельмы естественным путём уже не восстановить. Их запасы подорваны настолько, что требуется искусственное воспроизводство. И тут новый завод на реке Собь незаменим – как питомник, где можно содержать маточные стада редких видов для последующего их разведения.

– Идея завода родилась давно. Почему она осуществилась только сейчас? На какие средства он существует, на каком оборудовании работает?

– Первое обоснование необходимости такого завода наш институт сделал в 1995 году, и «Газпром» даже выделял на него деньги. Но тогда дело не пошло. А несколько лет назад снова пришло понимание, что он нужен. Первый проект делали в Госрыбцентре в Тюмени, но он оказался устаревшим. Заказали новый, современный. С задачей прекрасно справились в Петербурге, в ГосНИИОРХе (Государственный научно-исследовательский институт озерного и речного рыбного хозяйства им. Л. С. Берга. – Прим. ред.). И вот завод запущен.

Производство самое современное, в том числе норвежское, всё автоматизировано, нажатием кнопки можно изменить температурный режим, биохимию воды, любой другой параметр. При том, что вода в месте, на котором стоит завод, идеальная, а это необходимое условие для инкубации икры и подращивания молоди, чего не учли, например, на Югорском заводе, где требуется очень дорогая очистка. Уже создаются маточные стада осетровых – стерляди, муксуна, подращивается молодь пеляди и чира, которая будет выпущена в реки. Завод уже начал эффективно работать и выпустил мальков муксуна в Обь.

Средства на его строительство и эксплуатацию дает «НОВАТЭК» – крупнейший российский независимый производитель природного газа. Эти средства выделяются по статье «компенсация ущерба водным биоресурсам», которая законодательно определена в форме выпуска рыбной молоди. То есть компания, таким образом, выполняет экологическое законодательство, по которому нанесённый природе ущерб должен быть возмещён, каким бы он ни был. Но ущерб, заявленный по бассейну Оби, такой, что полностью компенсировать его невозможно – такого количества молоди в России просто нет. И зачастую немалые «экологические» деньги тратятся на фиктивные природоохранные мероприятия, недобросовестные отчёты, а попросту разворовываются – подтверждений тому на российском Севере достаточно. Изменить ситуацию могут только квалифицированные специалисты. И в этом смысле Собский рыборазводный завод – прекрасный пример профессионального взаимодействия властей, промышленности и науки.

– Возможна ли защита природы Ямала без фундаментальных знаний?

– Действуя компетентно, решительно, восстановить многие ресурсы можно, в общем-то недорого и относительно быстро – как говорится, при нашей жизни. Но без фундаментальной базы, исследовательской школы этого не сделать. Чтобы грамотно оценить ситуацию, представить профессиональные рекомендации, нужны годы подготовки.


КОММЕНТАРИЙ

– Почему я с высокой точностью могу сказать, сколько в Оби рождается сиговых рыб? Потому что в свое время создал определитель молоди и теперь можно идентифицировать личинок на любой стадии развития. Мы создали систему мониторинга воспроизводства сиговых рыб Нижней Оби. Сорок два года я отдал изучению раннего онтогенеза и воспроизводства сиговых и знаю, где они родятся, как «скатываются» с нерестилищ в Обь, где нагуливаются, какая у них смертность и так далее. И эти знания не ограничиваются одной речкой – мы работаем по всему Ямалу, в Байдарацкой тундре, на всех нерестовых притоках нижней Оби и Таза, представляем общую картину жизни рыб на Оби.

Андрей Понизовкин, фото из архива Владимира Богданова

 

 

 

 

 
По теме
Врио губернатора ЯНАО Дмитрий Артюхов в Москве провёл рабочую встречу с депутатом Государственной Думы РФ и инициатором проекта «Будущее Арктики» Владимиром Пушкаревым .
18.07.2018
 
В адрес Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации направлены предложения Ямало-Ненецкого автономного округа по национальному проекту «Экология».
18.07.2018
Врио губернатора ЯНАО Дмитрий Артюхов в Москве провёл рабочую встречу с депутатом Государственной Думы РФ и инициатором проекта «Будущее Арктики» Владимиром Пушкаревым .
18.07.2018
 
 
Участники международной конференции - МЧС С 18 по 19 июля 2018 года в Мурманске пройдет международная научно-практическая конференция «Предупреждение и ликвидация чрезвычайных ситуаций в Арктике».
18.07.2018
Дмитрий Кобылкин вернется в Салехард, чтобы встретиться с журналистами - ИА Север-Пресс Фото пресс-службы губернатора ЯНАО Глава Минприроды РФ Дмитрий Кобылкин примет участие в работе Международного циркумполярного конгресса СМИ «Арктический медиамир», который с 9 по 11 декабря пройдет в Салехарде.
17.07.2018 ИА Север-Пресс
Фото: пресс-служба Минприроды России Глава Минприроды России заявил о личном участии в работе международной площадки, которая соберет в Салехарде представителей семи стран и восьми регионов России.
17.07.2018 Красный Север
Запишитесь на личный приём - УФССП 16 августа 2018 года с 14:00 до 18:00 часов руководитель Управления Федеральной службы судебных приставов по Ямало-Ненецкому автономному округу – главный судебный пристав Ямало-Ненецкого автономного округа Смирнов Евгени
18.07.2018 УФССП
Рыболову - по улову! - ТРК Надым Под таким названием прошли ежегодные открытые районные соревнования по любительской рыбалке на берегу реки Лонгъюган.
17.07.2018 ТРК Надым
Мода на активный образ жизни охватывает все больше людей, и спортплощадки стали одной из востребованных форм организации свободного времени.
13.07.2018 Газета Северная вахта
КРАСНЫЙ СЕВЕР / Галина Соловьева 7 июля во время последней игры российской сборной на чемпионате мира по футболу-2018 «Красный Север» решил болеть за наших вместе с горожанами.
09.07.2018 Красный Север
КРАСНЫЙ СЕВЕР / Ольга Крикливец Сотни жителей Ноябрьска и гостей города, несмотря на дождь, субботним вечером собрались на стадионе, чтобы поболеть за российскую футбольную сборную в игре с Хорватией.
08.07.2018 Красный Север
Запишитесь на личный приём - УФССП 16 августа 2018 года с 14:00 до 18:00 часов руководитель Управления Федеральной службы судебных приставов по Ямало-Ненецкому автономному округу – главный судебный пристав Ямало-Ненецкого автономного округа Смирнов Евгени
18.07.2018 УФССП
Врио губернатора ЯНАО Дмитрий Артюхов в Москве провёл рабочую встречу с депутатом Государственной Думы РФ и инициатором проекта «Будущее Арктики» Владимиром Пушкаревым .
18.07.2018 Администрация ЯНАО